Судебная практика по жилищным спорам

Решение суда о признании ренты недействительной

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 октября 2012г. г. Невинномысск

Невинномысский городской суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Солдатовой С.В.,

при секретаре судебного заседания Железняковой Е.В.,

с участием истца (ответчика) ФИО1, представителя истца – адвоката ФИО, представителя ответчика Местной религиозной организации ФИО, действующего на основании доверенности, представителя третьего лица (истца) ФИО2ФИО, действующей на основании доверенности, представителя третьего лица – ФИО – адвоката ФИО, назначенного по определению суда на основании ст. 50 ГПК РФ, третьего лица ФИО,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО к Местной религиозной организации о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, признании права собственности на имущество наследодателя, по иску ФИО1 к Гребинюк И.В., Местной религиозной организации исковое заявление о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, исковое заявление о восстановлении срока для принятия наследства, исковое заявление о признании права собственности на наследственное имущество,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, мотивируя его тем, что является единственным наследником по закону своей бабушки, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которой на праве собственности принадлежала квартира <адрес>; наследство принято путем подачи в установленном законом порядке соответствующего заявления нотариусу. В процессе сбора документов для оформления своих наследственных прав истцу стало известно, что собственником данной квартиры на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 27.01.2012, заключенного с ФИО1., является Местная религиозная организация; право собственности которой зарегистрировано в ЕГРП 10.02.2012; кроме того, в данной квартире зарегистрирован по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ Калядин Г.В.

Исходя из того, что государственная регистрация договора пожизненного содержания с иждивением, ипотеки в силу закона и переход права собственности на данную квартиру была произведена после смерти получателя ренты – наследодателя истца, на основании ст.ст. 166 п.1, 167, 233, 433, 584, 596, 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец заявила требования о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением от 27.01.2012, заключенного между ФИО1 и ответчиком; признании наследственным имуществом квартиры <адрес> и включении ее в состав наследства ФИО1; признании за ней права собственности на указанную квартиру.

В ходе подготовки гражданского дела к судебному разбирательству судом было установлено, что ФИО1 16.03.2011 было составлено завещание, которым она распорядилась спорной квартирой в пользу ФИО2, привлеченной судом к участию в деле в качестве третьего лица.

В свою очередь, ФИО2 заявила самостоятельные требования на предмет спора, обратившись в суд с указанным иском, мотивируя его тем, что с ФИО1. она познакомилась в ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ – после смерти сына ФИО1 – ФИО2, она и ее супруг регулярно навещали наследодателя, поскольку, со слов последней, близких родственников у нее не было; о том, что у нее есть родная внучка она никогда не говорила, пояснив только однажды, что ее бывшая невестка и внучка не поддерживают с ней родственных отношений и она считает их чужими людьми. Поскольку ФИО1. не могла обходиться без посторонней помощи, а с ее племянницами, которые ей помогали, у нее произошел конфликт, как она сама пояснила истцу, она (ФИО1.) в начале 2010 года попросила истца ее не бросать, чаще навещать. Супруг истца начал ее ежедневно проведывать, делая то, что она просила, совершал покупки по ее просьбе; истец же навещала ФИО1 2-3 раза в неделю, помогала убирать, стирать. 16.03.2011 ФИО1. вручила истцу завещание, которым она распорядилась спорной квартирой в пользу истца. Дальнейшее общение истца и ФИО1 было подчинено следующим условиям: пенсия ФИО1. полностью принадлежит ей; истец 29.03.2011 зарегистрировалась по месту жительства в спорной квартире и коммунальные услуги оплачивались в равных долях; истец должна ночевать у ФИО1 - в случае необходимости (по состоянию здоровья); истец должна приносить свежую еду каждый день либо через день (по потребности), убирать – один раз в неделю, стирать. 10.12.2011 ФИО1 сообщила истцу, что к ней больше приходить не надо, так как за ней ухаживать будет другая женщина.

О смерти ФИО1 истец узнала 22.03.2012 от Евдоченко О.В, который пришел к ней домой, предъявил договор пожизненного содержания с иждивением, из которого следовало, что кв. <адрес> принадлежит Местной религиозной организации , пояснил, что является адвокатом и представляет интересы названной организации и предложил в добровольном порядке сняться с регистрационного учета по адресу спорной квартиры. Истец, в свою очередь, сообщила ему о завещании ФИО1 на что Евдоченко О.В. пояснил, что оно уже не имеет юридической силы; в дальнейшем, Евдоченко О.В. помогал ей сняться с регистрационного учета.

Далее истец поясняет, что договор пожизненного содержания с иждивением, который был предъявлен ей Евдоченко О.В, был нотариальным, каких-либо сомнений у нее не вызвал. О том, что он прошел государственную регистрацию после смерти ФИО1 она не знала и не могла знать, правовые последствия таких подробностей ей стали известны только после того, как она узнала о судебном разбирательстве, в котором была привлечена в качестве третьего лица, а именно - после ознакомления ее адвоката с материалами дела; точную дату смерти ФИО1 она также узнала из материалов дела.

18.09.2012 по приглашению Евдоченко О.В., поступившему в этот же день, истец пришла к нему в офис, где он вручил ей повестку в судебное заседание по настоящему делу, объяснив, что на квартиру претендует внучка ФИО1, на вопросы истца, как она указывает, - четко и открыто не отвечал; истец, по ее утверждению, не могла понять – почему возник спор, если квартира принадлежит Храму.

19.09.2012 истец обратилась за юридической консультацией, а 20.09.2012 – к нотариусу для подачи заявления о принятии наследства, где ей было объяснено, что срок для подачи заявления ею пропущен, в связи с чем, ей необходимо обращаться в суд.

Истец полагает, что Евдоченко О.В., обладая юридическими знаниями, намеренно ввел ее в заблуждение, воспрепятствовал ее обращению в срок к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство и, используя ее религиозные убеждения, путем психологического давления, заставил ее сняться с регистрационного учета по адресу спорной квартиры.

Истец полагает, что она как наследник по завещанию добросовестно ухаживала в течение длительного периода времени за ФИО1., уход осуществляла надлежащим образом, была зарегистрирована и периодически проживала в спорной квартире, оплачивала коммунальные платежи и поддерживала ее в пригодном для проживания состоянии, всегда имела желание вступить в наследство.

На основании изложенного, руководствуясь п.1 ст. 1155 ГК РФ, ФИО1 заявила требования о восстановлении ей срока для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО1., умершей ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительным (ничтожным) договора пожизненного содержания с иждивением от 27.01.2012, заключенного между ФИО1 и Местной религиозной организацией; признании недействительной государственной регистрации права собственности за Местной религиозной организацией на квартиру <адрес>, признании за ней права собственности на указанную квартиру по завещанию, удостоверенному 16.03.2011 № реестра <данные изъяты> нотариусом по Невинномысскому городскому нотариальному округу ФИО3

В судебном заседании истец (ответчик) ФИО1 и ее представитель поддержали заявленные исковые требования и просили их удовлетворить по доводам, изложенным в иске; в удовлетворении исковых требований Перцевой С.И. – просили отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях, указывая на отсутствие уважительных причин пропуска Перцевой С.И. срока, установленного для принятия наследства.

Третье лицо (истец) ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, направив заявление с просьбой о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица (истца) ФИО2 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать и удовлетворить исковые требования ФИО2 в полном объеме по доводам, изложенным в иске, пояснив дополнительно, что после того, как ФИО2 ознакомилась с договором пожизненного содержания с иждивением, стала полагать, что спорной квартиры в качестве наследственного имущества – нет; о том, что данный договор является недействительным она узнала во время настоящего судебного разбирательства; кроме того, наследодатель нигде не указывала ФИО1 в качестве наследницы своего имущества.

Представитель ответчика - Местной религиозной организации в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований как ФИО1, так и ФИО2, по доводам, изложенным в письменных возражениях, в которых, в частности, указано на то, что ФИО1 в ноябре 2011 обратилась в Приход Храма с просьбой о заключении договора пожизненного содержания с иждивением, после чего, еще до подписания названного договора стала получать от Прихода Храма необходимые помощь, уход и содержание; в декабре 2011 ФИО1 передала все документы на квартиру для оформления названного договора и в последующем выдала доверенность на совершение сделки; 27.01.2012 оспариваемый договор был подписан его сторонами; при этом условий о том, что данный договор подлежит государственной регистрации стороны не указывали; 31.01.2012 данный договор и все необходимые документы были сданы на государственную регистрацию, после чего, 01.02.2012 государственным регистратором был проведена правовая экспертиза документов; ДД.ММ.ГГГГФИО1. умерла, расходы на ее погребение произведены были Приходом Храма; 10.02.2012 Приходу Храма было выдано свидетельство о праве собственности на спорную квартиру. На основании изложенного, ответчик полагает, что не позднее чем 27.01.2012 между ФИО1 и Приходом Храма возникли правоотношения, на основании которых, право собственности ФИО1 на спорную квартиру было прекращено и перешло к Приходу Храма. Государственная же регистрация договора, равно как и государственная регистрация права, по мнению ответчика, не могут подменять собой договор как основание возникновения, изменения и прекращения права. В силу ст.ст. 425, 433,434 ГК РФ договор ренты признается заключенным, вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его подписания. Требование наследников о защите права на имущество, отчужденное наследодателем при его жизни, не подлежит защите, а наследники не являются надлежащими истцами, так как данное имущество не входит в состав наследства.

Третье лицо Калядин Г.В. в судебном заседании просил в удовлетворении исков ФИО1, ФИО2 отказать по доводам, изложенным представителем ответчика Местной религиозной организацией.

Представитель третьего лица ФИО, место жительства которого не известно, назначенный по определению суда в порядке ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) – адвокат Булатова В.Н. оставила разРЕШЕНИЕ исковых требований ФИО1 и ФИО2 на усмотрение суда.

Третье лицо - нотариус по Невинномысскому городскому нотариальному округу Савушкина Н.В. и представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю в судебном разбирательстве участия не принимали, направив в суд заявления с просьбой о рассмотрении дела в их отсутствие.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные суду доказательства и оценив их в совокупности, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме и об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме, по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является наследником по закону по праву представления к имуществу ФИО1., умершей ДД.ММ.ГГГГ, принявшей в установленном законом порядке наследство последней; сведений об иных наследниках по закону к имуществу умершей, принявших его в установленном законом порядке, – не имеется, что подтверждается материалами наследственного дела № к имуществу ФИО1 (л.д.59-67).

Копией дела правоустанавливающих документов на объект недвижимости – квартиру <адрес> (л.д. 29-57) и выпиской из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.18) подтверждаются доводы исковых требований ФИО2 и ФИО1 о том, что регистрация перехода права собственности на спорную квартиру на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 27.01.2012, удостоверенного нотариусом по Невинномысскому городскому нотариальному округу Савушкиной Н.В. по реестру №, ответчику Приходу Храма была осуществлена 10.02.2012, равно как и регистрация ипотеки в силу закона, то есть, после смерти ФИО1

На момент подписания названного договора собственником спорной квартиры являлась ФИО1 что подтверждается содержанием дела правоустанавливающих документов (л.д.52) и не оспаривалось лицами, участвующими в деле.

Согласно условиям названного договора пожизненного содержания с иждивением (пункт 1, пункт 3 договора (л.д.69)), ФИО1., именуемая по договору «получатель ренты», обязалась передать в собственность Прихода Храма спорную квартиру, а последний, именуемый по договору «плательщик ренты», в обмен на получаемую в собственность квартиру, обязался осуществлять пожизненное содержание с иждивением ФИО1 на период ее жизни.

В силу п. 3 ст. 433 ГК РФ, договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии со ст. 584 ГК РФ, договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.

Договор пожизненного содержания с иждивением является одним из видов договора ренты, поэтому, в силу положений ст. 584 ГК РФ, он подлежит государственной регистрации и, в силу положений п. 3 ст. 433 ГК РФ, считается заключенным с момента его регистрации.

Таким образом, доводы ответчика Местной религиозной организацией о том, что договор пожизненного содержания с иждивением в рассматриваемом споре должен считаться заключенным с момента его подписания сторонами – не основан на законе.

В соответствии с п. 2 ст. 601 ГК РФ, к договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте, если иное не предусмотрено правилами параграфа 4 главы 33 ГК РФ.

В соответствии с п. 3 ст. 596 ГК РФ, договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту заключения договора, ничтожен.

Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что договор, устанавливающий пожизненное содержание с иждивением, является ничтожным, если гражданин, в пользу которого устанавливается пожизненное содержание с иждивением, умер к моменту заключения договора.

Поскольку моментом заключения договора является момент государственной регистрации договора, то договор пожизненного содержания с иждивением является ничтожным, если гражданин, в пользу которого устанавливается содержание с иждивением, умер до государственной регистрации договора.

Таким образом, в силу приведенных норм исключается вступление в силу договора пожизненного содержания с иждивением после смерти получателя ренты, поскольку это означало бы установление обязательства по предоставлению содержания в пользу умершего, что в силу прямого указания закона влечет недействительность (ничтожность) договора.

В настоящем случае ФИО1 умерла до государственной регистрации договора пожизненного содержания с иждивением. Следовательно, этот договор является ничтожным.

К спорным отношениям также подлежит применению п. 3 ст. 596 ГК РФ, поскольку иные последствия заключения договора после смерти лица, в пользу которого устанавливается пожизненное содержание с иждивением, параграфом 4 главы 33 ГК РФ по сравнению с правилами параграфа 3 не установлены.

Обстоятельства волеизъявления ФИО1 на заключение договора и обстоятельства исполнения договора до его заключения для разрешения спора не имеют правового значения, поскольку эти обстоятельства не влияют на момент заключения договора и, соответственно, не опровергают вывод суда о ничтожности договора.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 г. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица; в рассматриваемом же споре такими заинтересованными лицами являются ФИО2 и ФИО1

Последствием такого признания, в силу положений ст. 167 ГК РФ, должно быть признание спорной квартиры наследственным имуществом ФИО2

При этом суд отмечает, что материалами дела нашло свое подтверждение, что наследодательница 16.03.2011 составила завещание, которым распорядилась спорной квартирой на случай своей смерти, завещав ее ФИО1 (л.д.87); каким-либо иным своим имуществом ФИО1 посредством составления названного завещания – не распоряжалась; данных об отмене (изменении) названного завещания в материалах гражданского дела не имеется.

В силу норм части 3 ГК РФ, наследование по закону возможно при отсутствии наследников по завещанию.

Как следует из материалов наследственного дела к имуществу умершей ФИО2, объяснений ФИО1, изложенных в ее иске, и объяснений ее представителя, данных ею в судебном заседании, ФИО1 как наследником по завещанию пропущен установленный законом срок для принятия наследства, открывшегося со смертью наследодателя

Оценивая доводы искового требования ФИО1 о восстановлении указанного срока, суд отмечает, что из изложенного в ее иске следует, что о смерти наследодателя она узнала 22.03.2012; об обстоятельствах, которые бы объективно препятствовали ей своевременно уточнить дату смерти наследодателя – истец не сослалась, не усматривается таковых из имеющихся доказательств и судом.

Таким образом, до истечения шестимесячного срока, установленного законом для принятия наследства, у Перцевой С.И. было достаточно времени для реализации права на принятие наследства.

Вместе с тем, как следует из доводов иска ФИО1, поддержанных ее представителем в ходе судебного разбирательства, данный срок был ею пропущен в силу ее юридической неграмотности, а также ее убежденности в том, что завещанная на ее имя квартира была отчуждена наследодателем.

Оценивая данные обстоятельства как причины пропуска ФИО1 срока для принятия наследства, суд, руководствуясь положениями абзаца 1 пункта 1 ст. 1155 ГК РФ, приходит к выводу о том, что оснований для его восстановления не имеется и пропущен он ею без уважительных причин.

Так, в силу руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 40 постановления от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В данном случае, ФИО1 задолго до истечения шестимесячного срока, установленного для принятия наследства, знала о смерти наследодателя, но пропустила его, исходя из отсутствия в составе наследства ФИО1 завещанной ей квартиры, что, как указано в приведенных разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ, не является основанием для восстановления срока для принятия наследства, равно как и ее правовая неосведомленность ФИО1 относительно действительности договора отчуждения спорной квартиры, которая, по ее утверждению, была восполнена только после ознакомления ее адвоката с материалами рассматриваемого гражданского дела.

Более того, с рассматриваемым иском ФИО1 обратилась в суд лишь 28.09.2012.

Доводы ФИО1 о психологическом на нее воздействии со стороны Евдоченко О.В. не могут быть приняты судом во внимание в качестве уважительной причины пропуска срока для принятия наследства, поскольку данные утверждения не нашли какого-либо объективного подтверждения относимыми и допустимыми доказательствами.

При этом суд отмечает, что, как следует из доводов рассматриваемого иска ФИО1, ее ссылка на помощь наследодатлю при жизни и на осуществление расходов по содержанию спорной квартиры – также при жизни наследодателя, - не являются основанием для восстановления срока для принятия наследства, поскольку по смыслу норм части 3 ГК РФ, то или иное имущество становится «наследством» в правовом смысле только после смерти его собственника, но не при его жизни.

Требований о признании ФИО1 наследником по завещанию, фактически принявшим наследственное имущество, - ею не заявлялось.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

Поскольку истцом ФИО2 наследство, открывшееся со смертью наследодателя, было принято в установленном законом порядке, суд, руководствуясь положениями п. 4 ст. 1152 ГК РФ, приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО2 о признании за ней права собственности на спорную квартиру.

Руководствуясь 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительным договор пожизненного содержания с иждивением от 27.01.2012 между наследодателем и Местной религиозной организацией, удостоверенный нотариусом по Невинномысскому городскому нотариальному округу Савушкиной Н.В., номер реестровой записи № от 27.01.2012, и применить последствия недействительности сделки.

Погасить регистрационную запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от 10.02.2012 о переходе права собственности на двухкомнатную квартиру №, площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>, к Местной религиозной организацией.

Погасить регистрационную запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от 10.02.2012 о регистрации ипотеки в силу закона в отношении <данные изъяты> квартиры №, площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>

Признать наследственным имуществом ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и включить названную квартиру в состав наследства, открывшегося со смертью ФИО1.

Признать за ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженкой <данные изъяты>, адрес: <адрес>, право собственности на <данные изъяты> квартиру №, площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>, кадастровый (или условный) №.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

РЕШЕНИЕ может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Невинномысский городской суд Ставропольского края в течение 1 месяца со дня его изготовления в окончательной форме, то есть, с 22.10.2012.

Судья С.В. Солдатова